С. Деснянский Фашизм

Одним из главных козырей воинствующего коммунистического лагеря на протяжении последней четверти века является его непримиримость по отношению к «фашизму». Решением V, VI и VII конгрессов Коминтерна провозглашена «мобилизация коммунистических партий и рабочего класса на борьбу с фашизмом». Под лозунгом преодоления фашизма организовывались коммунистами «народные фронты». Правда, весь цивилизованный мир был поражен неожиданным поворотом курса в 1939 г. Но 22 июня 1941 г. положило конец полуторагодовому флирту диктатора Москвы с диктаторами Берлина и Рима. Старая песня зазвучала снова и с тех пор звучит все громче, переходя постепенно в истерику...

Что-то не все в порядке в этой «непримиримости». Даже самый беспристрастный наблюдатель останавливается в недоумении перед необъяснимым для него фактом: лидер болгарской оппозиции Никола Петков, создавший себе светлое имя неустанной борьбой за демократию и героическим сопротивлением Гитлеру, наделен клеймом «фашист» и кончает жизнь на виселице, а повесившие его субъекты, не признающие ни свободы оппозиции, ни свободы совести и не брезгающие самыми грязными приемами борьбы, принадлежат как раз к коммунистической когорте искоренителей фашизма. Гитлер и Петков оба фашисты, вешатели Петкова – не фашисты. Где же логика? Здравый человеческий рассудок подсказывает, что не Петков, а как раз его искоренители являются сотоварищами Гитлера по разбойному ремеслу.

Но, в таком случае, существует ли фашизм вообще? Не есть ли термин «фашизм» только прием борьбы коммунистов против своих врагов, условный знак, указывающий на нечто нежелательное коммунистам в данный момент?

Долголетняя позиция общественного мнения в вопросе оценки сущности фашизма достойна порицания. Одни отрицали международный характер фашизма, близоруко рассматривая однопартийный вождистский строй в Германии и Италии, как сугубо местное явление. Другие слепо тянулись на поводу коммунистической демагогии, видя в фашизме «диктатуру буржуазии» – диктатуру справа, якобы стоящую в диаметральной противоположности к «диктатуре пролетариата» – диктатуры слева. Последняя точка зрения получила почти монопольное признание во время второй мировой войны и непосредственно после нее, когда однопартийная вождистская и террористическая советская государственность выступила под маской защитницы демократий. Больше того, порой вместо реально существующей необходимости временного союза демократических стран с одной правящей кликой «вождей» для победы над другой, опьяненное угаром войны мировое общественное мнение видело прочный союз двух равноправных и одинаково жизненных форм демократии: западной и восточной. Война закончилась, угар развеялся и действительность предстала во всей своей неприглядной наготе: хотя одна фашистская клика и была разбита, фашистская идеология и фашистские методы угнетения продолжают смертельно угрожать миру.

Стало очевидным, что от фашизма, не гарантирована никакая страна, ибо он повсюду имеет свои корни, и что не экономическая программа, а морально-политическая основа является для него решающим фактором. В противоположность экономическому фатализму марксистов, мы утверждаем, что экономический и политический хаос наших дней является функцией хаоса духовного, порождением нравственного упадка человечества.

Фашистами (фашио – связка, союз) назвали себя в начале 20-х годов последователи Муссолини. Они и не подозревали, что их имя станет нарицательным для носителей духовной чумы XX века, гораздо более опасной и разрушительной, чем все наличные и будущие бомбы. Подобно хамелеону, фашизм в своей окраске разнообразен, но за разными масками скрывается всегда одна и та же сущность: религия зла.

Если Макиавелли воодушевлял к действию аморальных правителей, к брезгающих никакими средствами на пути к всемогуществу государственной власти, а Ницше воспел сверхчеловеческую бестию, «стоящую по ту сторону добра и зла», то Маркс выступил как «научный» глашатай нового религиозного учения, претендующего заменить христианское Евангелие «евангелием» зла.

Иронией судьбы является тот факт, что всем разрушительным движениям ХХ в., покоящимся на обмане и зле, было придано имя его наименее выразительной и наименее кровожадной формы. Итальянский эксмарксист Муссолини, уничтожив демократический строй и насильно насаждая свои «корпорации», стал диктатором.

Однако до классической формы движения не хватало многого. Осталась дуалистическая система главенства власти. В присмиревшей, но духовно не ликвидированной персоне короля, вокруг которого группировались оппозиционно настроенные элементы, сохранялся сдерживающий тормоз. Влияние церкви не было устранено. Физическое и моральное гестапо не достигло здесь того расцвета, которым могут гордиться страны «классического фашизма». Сеть концентрационных лагерей развилась неизмеримо слабее.

В национал-социализме Гитлера фашизм нашел одно из своих законченных, «классических» проявлений. Это обусловлено как личностью самого «фюрера» и его доктриной, так и расцветом шовинизма в Германии.

Озлобленный неудачник, вынужденный отказаться от высоких планов и зарабатывать на хлеб насущный в качестве простого рабочего, Адольф Гитлер уже в юности уверовал в панацею насилия. Как и Карл Маркс, он отожествил социальную жизнь со злом, ненавистью и взаимопожиранием.

Вслед за Марксом постулирована им необходимость диктатуры «прогрессивной» части общества над его большинством, предопределенной к этому историческим развитием. По замыслу Маркса и Гитлера, разрушающая волна, миллионов избранных, руководимая «научной» и интуитивной волей учителя, должна привести к намеченной учителем цели, к триумфу его идеалов. Иx пути разошлись только в выборе резервуара ненависти. Маркс избрал – класс, Гитлер – нацию.

Не случайно созданная «фюрером» партия назвала себя «социалистической» и «рабочей». Он сам не отрицает, что марксистская школа оказала на него большое влияние.

Влияние Ницше не стоит переоценивать, ибо афоризмы Ницше – неизбежное Дополнение к Марксу, художественная расшифровка религии зла специально для узкой касты избранных. Нам неизвестно, зачитывается ли Сталин произведениями Ницше с таким упоением, как это делал Гитлер, но в своей практике оба они – правоверные ницшеанцы.

Из грандиозного вооруженного столкновения 1939 – 1945 г.г. большевизм Сталина вышел победителем, в то время как его конкурент, национал-социализм Гитлера, повергнут в прах. Несомненно, что положение большевизма в этой войне было более благоприятным, чем положение национал-социализма. Разбойные полчища нацистских колонизаторов, пришедших за землей и рабами на русскую территорию, встретили могучий отпор российского народа. Военная мощь западных демократий также обрушилась на Гитлера. Большевиков миновала чаша сия. Но не только это определило исход поединка двух родственных систем.

Марксов резервуар ненависти оказался более эластичным и более обширным, чем резервуар, выбранный Гитлером. Если национал-социалистическое учение и захватило значительную часть немецкого народа, обеспечив этим устойчивый тыл, то, с другой стороны, оно сковало вокруг Германии с ее 70 млн. немцев могучий вражеский блок, насчитывающий многие сотни миллионов. Доктрина национал-фашизма – доктрина самоизоляции. Объявив другие народы низшей расой и пообещав им рабский труд, нельзя привлечь их на свою сторону. Поэтому даже итальянцы при первой возможности повернули штыки против Гитлера. Государственный деятель, поставивший ставку на карту национал-фашизма, может расчитывть только на грубую силу. Его возможности маскировки и подрывной работы в среде противника ограничены. «Пятая колонна» не выходит за пределы «просветленных» выходцев из данной нации и кучки продажных субъектов.

То, чего не имел Гитлер, именно: власти над всеми видами ненависти, находится в неограниченном распоряжении его идейных собратьев, избравших «генеральную линию» «Коммунистического Манифеста».

Ортодоксальный марксизм, т.е. коммунизм – большевизм, базируется на учении о борьбе классов и диктатуры пролетариата. Созрев и прочно оседлав государственную власть, он раскрывается как классическая форма фашизма.

В искусстве хамелеоновых превращений и тактике «троянского коня», комфашизм не только продолжает традиционную линию своих сородичей, но и далеко превзошел их. Здесь – один из важнейших источников его силы и опасности.

Для парализации природного стремления, народа к демократической форме власти изобретена помпезно обставленная и шумная игра под названием «выборы».

Национальные и религиозные чувства подвластных народов также служат объектом коварной маневренной игры. Достаточно хотя бы сравнить отношение власть имущих к религии перед войной 1939 – 45 г.г., во время войны и после нее.

Особую силу красному фашизму придают его протянутые по всему земному шару щупальцы «пятой колонны». Несовершенство современного общественного устройства – налицо. В каждом уголке земного шара есть бедствующие и недовольные. И всюду, где недовольство принимает серьёзные размеры, – будь это стачка рабочих, возмущение в стране против несправедливости со стороны правительства, стремление колониальных народов к национальной независимости или что-нибудь другое, – всюду немедленно развивают лихорадочную деятельность хорошо проинструктированные агенты центра «мировой революции».

Они не стыдятся сгущать краски, и оплетать факты ложью, им не заказано маскироваться под рьяных патриотов и демократов, ничего не стоит давать несбыточные обещания и заманивать на провоцирующие действия. Но горе тому, кто поверил этим фальшивым друзьям и заключил с ними союз. Его песенка спета. Ибо вовсе не благополучие бедствующих, установление справедливости и порядка интересует коммунистов. В соответствии с заветом Маркса, они стремятся, пользуясь любым средством и поводом, лишь дезорганизовать общественную жизнь, внести разруху и хаос, для того чтобы загнанное в тупик и оседланное коммунистами государство присоединить к красной метрополии. Не связанные никакими моральными основами, вожаки «пятой колонны» готовы на любое предательство по отношению к своим близоруким союзникам, судьба которых определяется немецкой пословицей: «heute rot, morgen tot».

Было бы неразумным зачислять, например, миллионы французских и итальянских стачечников в ряды сознательных поклонников коммунистического фашизма. Они только слепое орудие в руках враждебной им самим силы. Зато члены «Коминформа», разжигающие эти стачки, знают, что они творят. Вышколенные в «новой» Москве и слепо следующие каждой директиве того, кому подчинены и министерство иностранных дел и министерство внутренней безопасности, они, злорадствуя, насаждают хаос.

В потенциальной власти «пятой колонны» над миллионами ослепленных – главный козырь красного фашизма.

События последних лет показали, что фашизм национал-социалистический и фашизм коммунистический, действительно, едины в своих основных качествах. А эти качества суть:

1. Личность с победой фашизма растворяется в коллективе нивеллированных и бесправных.

2.Выдвинувший и осуществляющий фашистскую идею «фюрер» или «вождь» возводит себя в божеский ранг и, подобно ненасытному Ваалу, требует все новых жертв: крови и душ.

3.Мания величия (господствующая раса, класс-гегемон) и мания преследования (мировой иудей, классовый враг и капиталистическое окружение) являются «духом» фашистского «рая».

4.В отличие от террористических деспотий, встречавшихся и ранее, террор нового типа не удовлетворяется наведением внешнего послушания: он распространяется и на личную жизнь. Поступать согласно голосу совести – величайшее преступление в фашистском государстве.

5.Фашизм разжигает мировую войну, ибо его демон – мания величия и мания преследования – алчет этого. Пока фашизм существует, война никогда не прекращается. Но при неблагоприятном соотношении сил на мировой арене, он довольствуется «малой войной» – подрывной деятельностью «пятой колонны», временно отсрочив «последний и решающий бой».

Назвав современный коммунизм тем, чем он является – фашизмом, мы срываем с него маску и тем самым лишаем его важнейшего оружия.

Гнилостная язва фашизма сулит человечеству только вырождение и смерть. Где же все-таки источник влияния идей Маркса, Гитлера л Сталина на массы? Этот источник – в кризисе современного общественного уклада, в вопиющем противоречии между взаимозависимостью (технической и социальной) людей друг от друга и их необузданным эгоизмом, не различающим между добром и злом и поклоняющимся одной корыстной пользе. Только солидарность в добре – искреннее сотрудничество миллионов свободных личностей – может вывести из тупика. Величайшее преступление Маркса, а за ним вождей нацизма и коммунизма, состоит в том, что они, спекулируя на инстинктивной тяге человека к солидарности, заманили его на путь коллективного служения злу и ненависти. Спасительная солидарность в добре была подменена тем, что еще хуже, чем эгоизм – солидарностью во зле...

Актуальна не только проблема атомной бомбы. Для дальнейшего существования человечества требуется как безопасность от атомного оружия, так и излечение от язвы фашизма.

«Посев» № 7 (90) 1948 г.

Оставить отзыв
Другие статьи
Заказать звонок