РЕЛИГИЯ И ЦЕРКОВЬ

От редакции. 14 августа 2000 г. в Москве Архиерейский Собор Русской Православной Церкви принял решение “о прославлении для общецерковного почитания в лике святых Собора новомучеников и исповедников Российских XX века, поименно известных и доныне миру неявленных, но ведомых Богу”. Сколько людей пострадало за православную веру в нашей стране от коммунистов известно лишь Богу. Но то немногое, что известно нам сегодня, потрясает масштабом злодеяний. Так, лишь в 1937 г. было расстреляно 85.300 священно- и церковнослужителей.

В чем значение для верующих прославления новомучеников и исповедников Российских? Обратимся к старым номерам нашего журнала.

Напомним, что 1 ноября 1981 г. Всезарубежный Собор Русской Православной Церкви за границей совершил прославление “всех пострадавших от безбожников в России мучеников и исповедников: святителей, священнослужителей, иноков, инокинь и всех православных людей, за православную веру и начала Святой Руси умученных и убиенных”. Смысл и значение этого акта разъяснял тогда Антоний, архиепископ Женевский и Западно-Европейский, в своем послании пастве, которое в сокращении печатается ниже. (Ранее пастырское послание владыки Антония было опубликовано в “Посеве” № 1 за 1982 г.)

О прославлении новомучеников российских

Новомученики и исповедники российские.
Икона Русской Православной Церкви (Московская Патриархия).

Церковь

Апостолы – столпы Церкви, огласившие проповедью Евангелия всю вселенную, приняли все, кроме апостола Иоанна Богослова, мученическую кончину еще до конца первого века. Исполнились на них слова Христовы: “Будете ненавидимы всеми за имя Мое” (Мф. 10, 22). Кровь апостолов и за ними множества мучеников напояла обильно Церковь с половины первого до начала четвертого века. Первые мученики стали славою, силою и символом победы всего христианского мира. Многие готовились тогда стать мучениками, так как казалось, что иного пути для верующего во Христа, в мире сем во зле лежащем, не может быть! Идеалом самых сильных и крепких было пролить кровь за Распятого нас ради. (...)

Христос, сказавший своим последователям: “Будете ненавидимы всеми за имя Мое”, – сказал и другие горькие слова:

“Сын Человеческий, придя (во второе свое пришествие), найдет ли веру на земле?” (Лк. 18, 8). Эти скорбные слова начинают уже сбываться в наше время, ибо печальную картину являет современный христианский мир.

Где великие вселенские учители, за голосом которых шли бы с полным доверием чада Церкви? Увы, смолкли их огненные и золотые уста! Не за пастырями идет ныне мир, а они приспосабливаются к нему, ища славы его и трепеща перед сильными его. Так редко слышим мы бесстрашный, мужественный и правдивый голос тех, которым Христос повелел пасти овец Его (…).

И можно было бы прийти в уныние и решить, что иссяк дух ревности христианской, что нет больше той веры, которая побеждала мир и все, что в мире.

Мученики нашего времени

Но так можно было бы думать только в том случае, если бы не сияли на церковном небе, как яркие звезды, современные мученики. Ведь мы живем в век новых мучеников за Христа, ничем не отличающихся от древних. Они – свет Церкви, они наша надежда, наше упование, их кровью и ныне живет, крепится и растет Церковь.

Этих мучеников XX века, в первую очередь, дала русская Церковь. На вызов Христу воинствующих безбожников она ответила мученической кровью лучших сынов и дщерей своих! Тысячи мучеников отдали жизнь свою за Возлюбившего их. Гонители же не только яростно выкорчевывают христианство на территории СССР, но и своими словами и делами свидетельствуют о том, что боятся они мучеников, даже после их смерти. “Мучеников за веру нет и не было, советская власть боролась лишь с людьми, не хотевшими принять новый порядок жизни, со злостными политиканами”, – лживо свидетельствуют они миру.

Но поступает все больше и больше сведений о замученных, убитых за Христа. Скрыть истину безбожники не в силах, их лжи уже никто не верит. И все чаще ставят себе вопрос чада Церкви: не пора ли современных мучеников видеть уже во славе Отца небесного, наследниками Его вечного царства? Не пора ли молиться им, а не за них?

Кого мы можем назвать мучениками?

Не пора ли, вопреки безбожной пропаганде, сказать правду об истинных христианах в наш теплохладный век?

Но прежде чем ответить ясно и просто:

“пора и давно пора”, – надо подготовить нас самих к этому, чтобы избежать неправильного толкования, непонимания и возражений по неведению.

Во-первых, надо понимать ясно и объяснять другим то, что мученики, о которых мы говорим, не суть просто жертвы революции, как думают некоторые. Несмотря на то, что революция русская была открытым вызовом Богу, Творцу человека и мира, далеко, конечно, не все убитые могут быть названы мучениками за Христа.

Таковыми мы можем назвать только тех, жизнь которых как благочестивых христиан хорошо известна Церкви, так же как и несомненна кончина их за веру во Христа.

В первую очередь мучениками являются священнослужители – пастыри Церкви, убитые только за то, что были служителями Божиими, убитые кощунственно, с издевательством над Тем, Кому они служили. Назовем хотя бы имена тех, которых должен знать весь христианский мир: первомученик митрополит Владимир, митрополиты: Вениамин, Кирилл, Иосиф, Агафангел, Петр и другие. Патриарх Тихон, хотя и не был убит, замучен был “утонченными нравственными пытками, которых не знал еще грубый век Нерона и Диоклетиана”, – писал митрополит Анастасий.

Убивали епископов, монашествующих, мирян и даже детей – голодом, холодом, на непосильных работах, в тюрьмах и лагерях смерти; расстреливали, глумились: отрезая язык, уши, избивая до смерти, закапывая живыми в землю; топили в реках, вешали на царских вратах в храмах, убивали вместе с женами и детьми. Убивали, предъявляя единственное обвинение: служитель Божий!

А был для них способ избежать мучений и смерти, сохранить жизнь свою и близких – это было отречение от Христа и переход в стан гонителей, но лишь единицы воспользовались им.

Шли пастыри Церкви, а за ними пасомые, как овцы на заклание, безгласные и покорные воле Божией. “Когда с конца 1917 г. начались огненные испытания для Церкви, – писал митр. Анастасий, – священномученики, мученики и мученицы, уразумев волю Божию, сами принесли себя в непорочное заколение (Евр. 10, 6-9). Вслед за Вечным Первосвященником и Ходатаем Нового Завета, они вошли во святилище со своею кровью, да очистят грехи людские (Евр. 9, 12-15), ибо без пролития крови не бывает прощения” (22).

О количестве получивших мученические венцы имеем мы много сведений: хотя бы две книги протопресвитера М.Польского “Новомученики Российские”, как и другие свидетельства. Например, список новомучеников, с любовью составленный и тщательно проверенный, полученный из России в 1976 г., который в цифрах исчисляет умученных за Христа в разных областях страны. Так, в области Харькова – 98 мучеников; Одессы и Херсона – 191; Петрограда – 36; Новгорода – 68; Архангельска – 99; Ставрополя – 139; Владикавказа – 72; Екатеринослава – 92 и так далее и так далее. Всего по списку 8000 убитых за Христа. Но их, конечно, гораздо больше. (...)

Они прославили в дни страшных гонений Церковь, они стоят непоколебимо ныне во главе православного мира, они наша слава, победа и радость (…).

Вот почему настало крайнее время свидетельствовать о подвиге новомучеников, воздать им должное, чтобы возродить жизнь христианскую. “Прославление мучеников назрело и откладывать его не надо ни в коем случае! Мы, не прославляя их, лишаемся величайшей помощи Божией, по их молитвам”, – писал современный исповедник Церкви.

Может ли наша Церковь канонизировать святых?

Новомученики и исповедники российские.
Икона Русской Православной Церкви (за рубежом).

Каждая Православная, автокефальная, поместная Церковь имеет право канонизировать своих святых решением своего Архиерейского Собора. Другие православные Церкви-сестры принимают к сведению подобное решение о канонизации одной из них.

Мучеников, о которых мы говорим, могла бы прославить со святыми Русская Православная Церковь. Но она ныне обезглавлена, рассеяна, не имеет свободно действующих и учащих епископов. Она подавлена глухим молчанием. Нет соответствующего церковного органа, который мог бы совершить официальный акт канонизации.

Надо ли ждать для этого времени освобождения Русской Церкви от гонений? Не может ли Русская зарубежная Церковь сделать то, что не в состоянии теперь совершить Русская Церковь в целом, подобно тому, как были прославлены Собором наших епископов святой Иоанн Кронштадтский, преподобный Герман Аляскинский и святая блаженная Ксения!

А право свое на это наша Церковь видит в том, что она всегда считала себя свободной частью Русской Церкви, стараясь ни в чем и нигде не оторваться от нее, не изменяя ей, не ища более выгодных позиций у иерархов других Церквей. Не наш ли долг перед Церковью-матерью совершить акт прославления святых мучеников?

Отвечая на этот вопрос, будем помнить, что прославление многих святых начиналось так называемым местным прославлением, то есть на месте жизни праведника, где его благочестивую жизнь многие знали, где обращались к нему за помощью при жизни его и молитвенно после смерти и получали просимое. Постепенно слава о святом распространялась, сведения о чудесах по молитвам к нему становились достоянием все большего числа верующих, и, в конце концов, перед Церковью в целом становился вопрос о канонизации нового святого, что она и осуществляла на архиерейском соборе.

Очевидно, что прославление новомучеников нашей Церковью, так же, как святого Иоанна Кронштадтского, преподобного Германа Аляскинского и блаженной Ксении, будет сначала местным, в силу обстоятельств не окончательным, в том только отношении, что официальный акт о канонизации от всей Русской Церкви последует после освобождения ее от гонений.

Особые условия прославления мучеников

Но в случае мучеников даже и этого не нужно, так как признание мученика святым не требовало официальной санкции церковной власти. Убитого за исповедание Христа, тотчас после мученической смерти его, Церковь почитала святым мучеником без выяснения даже того, как он жил и что делал, без ожидания чудес и т. д. Достаточно было диким зверям растерзать исповедника Христова на арене римского колизея, чтобы останки его почитались верующими как святые мощи и хранились как святыня. Бывали случаи, когда римские воины-язычники, присутствуя при мучении христиан и будучи поражены их терпением, исповедовали себя христианами и были убиваемы за это. И, несмотря на то, что жили они как язычники, с момента крещения их своею кровию Церковь почитала их святыми мучениками. Пример мученика Вонифатия и других.

Велика была радость наша, когда современная Россия откликнулась на наше дерзновенное желание прославить мучеников – сочувствием, пониманием и выражением радости по этому поводу. (...)

Особый вид мучеников – страстотерпцы

Теперь следует указать на особый род мучеников – невинно пострадавших. К ним причислены в России святые мученики Борис и Глеб, царевич московский Димитрий, князья Михаил Тверской и Андрей Боголюбский и другие. Они не были убиты за веру во Христа, однако, причислены Церковью к святым. Причины их убийства были политические, но за благочестивую жизнь и покорность воле Божией даже до смерти, Церковь их прославила в ряду святых мучеников.

Таковыми в наше время являются царственные мученики: царь Николай, царица Александра, цесаревич Алексий, княжны – Ольга, Татьяна, Мария и Анастасия; великая княгиня Елизавета и князья – Иоанн, Игорь, Константин.

Прославление новомучеников – всеправославное торжество

С недоумением вопрошают некоторые, почему прославление русских мучеников может быть всеправославным торжеством? Ответим словами апостола Павла о том, что “в Церкви нет ни эллина, ни иудея, ибо все мы одно, во Христе Иисусе” (Гал. 3, 29). “Да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они (ученики – чада Церкви) да будут в Нас едино” (Ин. 17, 21), – так молился Отцу наш Спаситель, такими хочет Он видеть нас в Своей Церкви.

Едиными усты и единым сердцем должны мы славословить мучеников, какому бы народу и какой бы Церкви они ни принадлежали. Их молитвы – залог нашего возрождения, их подвиг – пример для подражания, их кровь – оправдание истории Церкви нашего времени. (...)

Наличие современных мучеников свидетельствует о том, что христиане не стали еще солью, потерявшею силу, что не угасла еще вера на земле, что есть за кем нам идти, немощным и слабым.

“Канонизация мучеников и новых исповедников является не только лишь формальным признанием зримо явленной святости праведников, – говорят наши братья в России, – это творческое действие, предстоящее Церкви, поистине можно назвать подвигом, ибо невозможно совершить его, согласно воле Божией, духовно не приобщившись к подвигу мучеников и исповедников. Ибо сказано: “кто принимает пророка, во имя пророка, получит награду пророка; и кто принимает праведника, во имя праведника, получит награду праведника” (Мф. 10, 41)”.

 

"ПОСЕВ" № 9 2000
posevru@online.ru
ссылка на "ПОСЕВ" обязательна