СОБЫТИЯ И КОММЕНТАРИИ

 

Т.А.

ВСЕГО ТЕМНЕЕ НОЧЬ ПЕРЕД РАССВЕТОМ

Блиц-интервью после полуночи

 

Нынче я дважды ошибалась в прогнозах. И дважды была счастлива от того, что мои предчувствия не сбылись...

Пока мы собирались сообщить вам радостную новость, их оказалось уже две. Нарушим хронологический порядок и известим вначале о главном.

20 июля прямо в зале суда Григорий Пасько был освобожден из-под стражи.

Хотя и второе известие, вероятно, не имеет прецедентов. По итогам конкурса "Экология России" жюри присудило журналисту, обвиняемому в шпионаже, высшую для российского журналиста-эколога награду "Золотую Нику" с табличкой, на которой значится: "Григорию Пасько. За проявленное мужество в защите окружающей среды". Наша редакция сообщала своим читателям, что представила материалы (см. "Посев" №3 1998 год, "Фронт, который почти не виден") военного журналиста Григория Пасько, корреспондента газеты "Боевая вахта" на этот конкурс. Мы писали тогда в редакционной характеристике: "Выдвигая Григория Пасько для участия в конкурсе "Экология России", редакция журнала "Посев" верит, что мужество и талант журналиста будут публично признаны его коллегами в России. Именно теперь это признание дорого стоит".

Сегодня мы благодарим друзей редакции, которые помогли осуществиться этой затее, честно говоря, казавшейся тогда почти безнадежной… И выражаем свое уважение жюри конкурса "Экология России". Это первое.

Второе событие из жизни Григория Михайловича никак нельзя было предсказать. Все готовились к самому худшему. Накануне прокурор требовал для журналиста двенадцать лет лишения свободы с конфискацией имущества. И вдруг… Вместо статьи о шпионаже статья 285 часть 1 - превышение должностных полномочий, которое карается сроком до 4 лет. Суд вынес решение о 3 годах, но, применив амнистию с учетом 20 месяцев уже отбытых подсудимым, выпустил его на свободу.

Поневоле вспомнишь о том, что "Большое видится на расстоянии". Может быть, и правы авторы резолюции ассамблеи ОБСЕ, написавшие о "замечательных" успехах, которые делает демократия и на нашей земле… Может, мы этого просто не замечаем?

На третий после освобождения день а, вернее в ночь, - разница в восемь часов, - я дозвонилась до Владивостока. Вот наш разговор.

- Что снится человеку на воле?

- Очень хороший вопрос. Потому что с тех пор, как на свободе, я еще ни разу не спал больше 30 минут.

- Намерены ли вы продолжать борьбу за свое полное оправдание?

- Намерен. Хотя решение известно заранее. Но нужно пройти до конца все круги ада. Это ведь не просто. Написал кассационную жалобу и сиди – жди. В связи с этим документы все останутся в распоряжении суда. Компьютер тоже. А ведь нужно и работу искать, чтобы пропитаться. Ведь теперь я деньги не получаю в "Боевой вахте".

- Как Вы себя чувствуете? Как здоровье жены? (Галина Морозова во время оглашения приговора потеряла сознание).

(Обращается к жене, - Галя, как твое здоровье?) – Говорит "Нормально". Знаете, я много об этом раньше читал и слышал. Когда после большого напряжения всех сил наступает спад, человек начинает разваливаться на кусочки. В клетке – герой. А теперь везде болит. Не спится. 3 день после приговора.

- Наш журнал представил Ваши материалы на конкурс "Экология России".

- Мне передали "Золотую Нику". А вот диплома я не видел. Когда журналисты хотели передать мне Нику в камере, судья сказал им - передадите после приговора в СИЗО. Тогда сразу и стал понятен его настрой…

- А Вы считаете, решение принималось не во Владивостоке?

- Уверен, ничего здесь не делалось. И дело возбуждалось, и все другие значимые вещи происходили в Москве. Иногда даже во время заседания в сложных случаях судья вдруг резко объявлял перерыв. И, мы думаем, шел звонить, советоваться…

- Что вас поддерживало в вашей борьбе? Ну, кроме жены…

- Знаете, мой первый конфликт с ФСБ случился в 17 лет. Тогда еще был КГБ. С тех пор для меня нет вопроса, бороться или нет. Я собственно не боролся, я просто их игнорировал. "У вас своя работа, у меня своя". Ничего враждебного против них не предпринимал. Может, их это особенно и злило. То, что я их не замечаю. А помогли мне жить?… Вы верно заметили, - жена. В первую очередь. И очень много замечательных людей, с которыми я познакомился. Мой общественный защитник, директор ПЕН-клуба Владимир Ткаченко, председатель Фонда защиты гласности Алексей Кириллович Симонов, я с ним раньше всего один раз мельком виделся, - какие это замечательные люди! Спасибо всем!

 

 

"ПОСЕВ" 8-99

posev@glasnet.ru

ссылка на "ПОСЕВ" обязательна